Михаил Круг: любимые места шансонье (ФОТО)

понедельник, 30 июня 2014 г.

Михаил Круг: любимые места шансонье (ФОТО)

Михаил Круг родился в Твери, любил свой город и часто упоминал его в песнях: «Двор Пролетарки, казармы, «Париж», где-то ямщик едет там за углом…»

Именно туда, в Морозовский городок в Пролетарском районе, где Михаил жил, когда был совсем маленьким, мы и отправились первым делом. «Когда-то здесь находилась Тверская мануфактура, — поясняет Ольга Медведева, сестра Михаила, — ее построил Савва Морозов. Рядом находилось жилье для рабочих (Морозовский городок) — огромное общежитие, состоявшее из длинного коридора и множества комнат, казармы с минимумом удобств.

А также — служащие дома — в них были коммунальные квартиры для инженеров, мастеров. И отдельные дома для управляющих, директоров. Были еще двухэтажные цеха, но сейчас от них мало что осталось». В советские времена Морозовская мануфактура превратилась в Хлопчатобумажный комбинат. «Это предприятие славилось по всему миру, — с гордостью рассказывает Ольга, — сюда приезжал и Фидель Кастро, и Никита Хрущев, и Юрий Гагарин, проходили соревнования ткачих. Много родни работало на этом комбинате, в том числе — и наша мама, а папа трудился на Вагоностроительном заводе. Сейчас производство закрыто, осталось только здание администрации и корпуса, которые сдают в аренду разным организациям». Рядом находится Роддом №2, где появился на свет Михаил Круг. Через много лет здесь же Ирина Круг родила сына Сашу.

«Когда мы приехали забирать Иру с ребенком, Миша посадил их в машину, но поехал не прямо, а сперва объехал несколько улиц, — вспоминает Ольга. — Я потом спросила: «Ты почему так странно поехал?» Он ответил: «Ну, как же, я ведь сына получил, хотел ему показать наши места, он должен знать, где его корни».

...Впереди необычное здание - самая большая из всего комплекса казарма с романтическим названием «Париж». «Прямо за ней идет железная дорога Москва-Питер, — рассказывает Ольга, — когда едешь на поезде, можешь оценить масштаб этого здания. Здесь и сейчас живут люди, в том числе наши родственники — вон там, на четвертом этаже. Это единственные казармы, которые переделали под квартиры. В прошлом году в сентябре мы отмечали столетие «Парижа», устроили концерт… Но состояние дома, конечно, плачевное, крыша протекает, все постепенно рушится». Существует несколько версий по поводу того, как у дома появилось столь необычное название. Вот одна из них: сами рабочие, конечно, в Париже не бывали, но господа рассказывали, что там много народа. Так же, как и в этой казарме. Поэтому, когда девушка выходила замуж и переезжала сюда — говорили: «Поехала в Париж».

По другой версии проект этого дома занял в Париже первое место на архитектурном конкурсе.

Направляемся к 48-й казарме, где жил маленький Миша. «Справа — рабочий садик, там родители возили нас в колясках, а вот и наш дом, — рассказывает Ольга. — Жили на первом этаже вшестером, в большой 28-метровой комнате — бабушка, тетя, папа, мама и мы с Мишей. Помещение было разделено шкафом, в одной половине размещались мы с родителями, в другой — тетя с бабушкой.   В конце общего коридора было огромное помещение — кухня, посредине стояла печь и водонагреватель, типа, современного «титана». Вода закипала, звенел колокольчик, и все хозяйки бежали с чайниками или с кастрюлями. Печи топили прессованным торфом, он выглядел, как буханка черного хлеба. Наша бабушка была истопницей — затапливала с ночи, чтобы, когда народ утром встает, печи были уже горячими. А в девять часов вечера — отбой, по коридору ходил дежурный и проверял, чтобы все дети были в своих комнатах, не дай Бог, если кто попадется. В подвале у нас был «красный уголок», там наряжали елку на Новый год и мы плясали, веселились, места, правда, было маловато, не все помещались. Позже папе от завода дали двухкомнатную квартиру в хрущевке, и мы переехали».

Сейчас здесь никто не живет, и здание разрушается, надо сказать, не без помощи местных жителей. «Давайте заглянем внутрь, — предлагает Ольга и всплескивает руками: — А где же лестничные пролеты?! Две недели назад все еще было на месте. Конечно, материалы добротные, еще морозовские, украли, чтобы сдать в металлолом. Когда-то дом хотели реконструировать — начали с того, что разрушили все печки, а ведь именно на них все держалось. После этого стены начали проседать, пошли вертикальные трещины… На этом реконструкция и закончилась, дом стоял пустой, сюда стали нелегально заселяться мигранты, жили даже подвалах. Потом их выгнали, а окна заложили кирпичами. Мы уж и к мэру обращались, и передачу снимали, но все без толку, спонсора так и не нашлось».

Мы покидаем рабочую окраину Твери и едем в центр города, в клуб «Лазурный», где, любил бывать Михаил Круг. Это место шансонье упоминал в нескольких песнях, самая известная, пожалуй, «Пусти меня, мама», там есть такие строчки: «Пусти меня ты, мама, пусти меня, родная, пусти, ведь мне идти пора. В «Лазурном» шум и песни, и там братва гуляет, и не мешают мусора». 

Теперь в «Лазурном» находится не только ресторан, но и музей Михаила Круга — небольшая комната, при желании здесь можно провести банкет и спеть в караоке. «Видите, красный кирпич, как на Пролетарке, где мы с вами были, — поясняет Ольга. — А на стенах развешаны фотографии разных лет, много детских фото, тут же есть и мишины рукописи». По стенам натянуты шесть гитарных струн, в углу они обрываются — это символ трагической гибели музыканта. В музее много личных вещей Круга — гитара, шляпа, шарф... На одной из полок - награды Михаила, есть там и самая первая — с конкурса авторской песни, проходившего в 1987 году.

Именно с того выступления и начался творческий путь Михаила. «Когда он приехал в дом культуры «Металлист»,  где проходил конкурс, очень волновался, — вспоминает сестра Круга, — до дрожи в коленках. Они с ребятами выпили по 50 грамм, и первая жена Света вытолкнула Мишу на сцену. Ну, что же, он вышел, деваться некуда, подошел к микрофону и спел про Афганистан. Занял первое место. С того момента он стал выступать, хотя и продолжал работать на автобазе. Писал песни в свободное время, записывал их на студии. Начал петь на свадьбах, у всех был тамадой, Миша был веселым, любил шутить, придумывать розыгрыши. Потом уже его стали узнавать, приглашать на концерты»...

Мы направляемся в храм святого благоверного князя Михаила Тверского, деньги на его строительство жертвовал Круг. Освящение этого храма состоялось в августе 2002 года, уже после смерти шансонье. Но при жизни он часто обращался к батюшке за духовными советами.

Наша экскурсия подходит к концу, мы отправляемся на могилу Михаила Круга, по дороге заезжаем на бульвар Радищева, где в июне 2007 года был открыт памятник шансонье.

«Похож или нет — сложно сказать, — делится впечатлениями Ольга, — но основное скульптор отобразил — мужественность Миши, взгляд… Тщательно передал детали». Кстати, на памятнике нет никаких подписей, все и так знают, кто этот крепкий человек с гитарой. 

Могила Михаила Круга находится на Дмитрово-Черкасском кладбище, справа от входа, на ней всегда много цветов. «Когда хоронили Мишу, улица была перекрыта для транспорта и заполнена людьми, — вспоминает Ольга. — Сколько их пришло — сказать не берусь, я была не в том состоянии, чтобы считать, просто сидела тихо на лавочке в стороне. Но очередь была огромная, как в советские времена в Мавзолей.

Прощание проходило в драматическом театре и длилось очень долго, люди все шли и шли...» Памятник на могиле сделан в форме гитары, надпись гласит: «Воробьев Михаил Владимирович (Михаил Круг). Всенародно любимый и признанный автор-исполнитель, артист русского жанра. Погиб от рук бандитов. 07.04.1962 г. — 01.07.2002 г.»...

Продолжение материала читайте на нашем сайте завтра. Мы восстановим хронологию убийста вместе  с сестрой Михаила Круга. 

Редакция сайта «Радио Шансон» благодарит Ольгу Медведеву за экскурсию.